Цифровые платформы уже стали полноценной частью рынка труда: через них люди находят работу и подработку, оказывают услуги и получают дополнительный доход, а компании быстрее находят исполнителей. При этом развитие платформенной занятости ставит перед государством новые вопросы. О том, почему цифровые сервисы могут стать одним из инструментов решения кадрового дефицита, как вовлечь в рынок труда людей старшего возраста и зачем регулированию нужны данные самих платформ, рассказал Валерий Горюханов, член экспертной группы по направлению «Занятость» Межведомственной рабочей группы по развитию экосистем цифровой экономики и цифровых платформ.
– Валерий Анатольевич, вы вошли в новую экспертную группу по развитию платформенной экономики в сфере занятости. Почему сейчас вообще возникла необходимость системно заниматься цифровыми платформами в сфере труда?
Цифровые платформы уже стали частью повседневной экономики. Через них люди находят работу и подработку, оказывают услуги, получают дополнительный доход, а бизнес находит исполнителей и необходимые компетенции. Это уже сложившаяся рыночная реальность. При этом технологии развиваются быстрее регулирования. Россия сегодня занимает сильные позиции в сфере цифровых платформ, но правовое регулирование во многом остается догоняющим. Поэтому задача государства не в том, чтобы зарегулировать рынок, а в том, чтобы создать понятные правила его дальнейшего развития. На фоне дефицита кадров платформы позволяют быстрее соединять спрос и предложение, вовлекать в экономику людей, которые не готовы работать полный день, и эффективнее использовать уже имеющиеся трудовые ресурсы.
– Какие основные задачи сегодня стоят перед вашей рабочей группой?
Сегодня на глобальном рынке идет конкуренция не только за рынки сбыта, но и за кадры, особенно за квалифицированных специалистов. Россия входит в число ведущих мировых экономик, хотя по численности населения не относится к крупнейшим странам. Поэтому нам особенно важно максимально эффективно использовать трудовые ресурсы, чтобы сохранять конкурентоспособность не только сегодня, но и завтра, и послезавтра. Именно платформы могут помочь рынку труда находить наиболее эффективные инструменты вовлечения людей в занятость.
Кроме того, нам необходимо получить объективную картину ситуации на рынке занятости. Пока даже на уровне терминологии остаются вопросы: что считать цифровой платформой, кого считать платформенным исполнителем, где проходит граница платформенной занятости. Поэтому одна из задач, сформировать единый понятийный аппарат и понятные метрики. Следующая, определить институциональные барьеры, которые мешают развитию гибкой занятости, и понять, какие изменения действительно нужны со стороны государства.
Отдельный большой блок, социальная защищенность людей: пенсионное и социальное страхование, риски переработки, уровень доходов. Важна и цифровизация кадровых процессов, поскольку значительный объем кадрового документооборота до сих пор остается бумажным. В конечном счете нужно не просто решить сегодняшние проблемы, а сформировать целевую модель рынка занятости на перспективу и понять, каким он должен стать к 2035 году.
– Может ли платформенная занятость стать одним из способов решения проблемы кадрового дефицита?
Это действительно один из главных вызовов. Во всем мире, прежде всего в развитых странах, население стареет, а количество доступных трудовых ресурсов, особенно квалифицированных, сокращается. Россия – одна из ведущих экономик мира, и для дальнейшего роста и конкуренции с другими странами ей постоянно нужны дополнительные трудовые резервы. Если мы не найдем новые трудовые ресурсы и трудочасы внутри экономики, дефицит кадров может стать серьезным ограничителем роста. Но здесь есть большой внутренний резерв. Есть люди, которые не готовы работать пять дней в неделю по восемь часов, но могут работать несколько часов в день или один-два дня в неделю. Есть люди старшего возраста с большим профессиональным опытом. Цифровые платформы позволяют использовать этот потенциал эффективнее. Поэтому речь идет не столько о поиске новых работников, сколько о рациональном использовании уже имеющихся ресурсов и о том, как этому научиться.
– Действительно стране важно не растерять тот колоссальный багаж знаний, которые несут люди «серебряного возраста». Как предполагается вовлекать их в гибкую занятость? Особенно, учитывая, что все процессы все больше и больше переходят в цифру
На Петербургском международном юридическом форуме я уже затрагивал эту тему. Вы правы, потенциал здесь действительно очень большой: квалифицированные рабочие, инженеры, учителя, специалисты самых разных профессий. При этом далеко не каждый после выхода на пенсию хочет или может возвращаться к стандартной пятидневной занятости. Многие готовы работать несколько часов в день или один-два дня в неделю.
Проблема в том, что клиентский путь в цифровой экономике для старшего поколения пока не всегда удобен. Поэтому перспективной выглядит идея использовать существующую систему центров занятости как точки входа в платформенную занятость. Там человеку могли бы помочь освоить цифровые сервисы, зарегистрироваться, подтвердить квалификацию и подобрать подходящие предложения. Нам важно сделать так, чтобы многолетний профессиональный опыт человека не исчезал из экономики просто потому, что он достиг пенсионного возраста.
– За счет чего платформенная занятость может увеличивать доходы людей, а не просто перераспределять существующую работу?
Главное преимущество платформ в том, что они позволяют вовлечь в экономику то время и те компетенции, которые раньше могли вообще не использоваться. У человека может быть основная работа и несколько свободных часов в неделю, когда он готов оказать профессиональную услугу. Кто-то не может работать полный день, но может выполнять отдельные заказы. Платформы также снижают барьер для начала самостоятельной деятельности. Мы видим это на примере самозанятых: репетиторов, мастеров, специалистов, которые фактически начинают создавать собственное маленькое дело. Поэтому при правильной модели появляется не только перераспределение существующей занятости, но и дополнительная экономическая активность, трудочасы и доходы граждан.
– Как при этом найти баланс между свободным графиком и защитой человека?
Здесь действительно возникает обратная сторона свободы. Человек может утром работать в одном сервисе, вечером выполнять заказы через другой, а потом брать дополнительную подработку. Нормы труда и отдыха возникли не случайно: за ними стоят здоровье человека и продолжительность его активной жизни. Важно, чтобы люди не перерабатывали, а государство защищало их право на отдых и безопасный труд. При чрезмерной нагрузке снижается качество жизни, страдает здоровье и, как следствие, возрастает нагрузка на систему здравоохранения. Таких негативных сценариев, в том числе в платформенной занятости, следует избегать.
Решение я вижу прежде всего в информационной прозрачности. Сейчас мы не знаем, сколько часов человек в общей сложности проработал за день на разных платформах: необходимого обмена данными между платформами и государством пока нет. Между тем системе социальной защиты и здравоохранения важно видеть эту картину, чтобы человек не перерабатывал и не создавал угрозу ни для собственного здоровья, ни, в отдельных видах деятельности, для безопасности других людей. Речь не о том, чтобы запрещать человеку работать больше, а о том, чтобы понимать реальную ситуацию и на основе данных создавать разумные механизмы защиты.
– Нужна ли единая система учета платформенной занятости? Какие данные государство должно видеть?
Я бы не говорил о необходимости создавать еще одну отдельную государственную информационную систему. У нас уже есть государственные цифровые сервисы, коммерческие платформы, системы ФНС, социального страхования и занятости. Проблема в том, что между ними пока недостаточно интеграции. Нам нужно видеть объективную общую картину: сколько человек фактически занят, какой доход получает через платформенную деятельность, какие социальные отчисления формируются. Это важно и для самого человека, и для государства, и для бизнеса.
Государственные и коммерческие платформы не должны воспринимать друг друга как конкурентов. Здесь нужна понятная и технологически простая интеграция. Чем прозрачнее будет система, тем меньше взаимных претензий между исполнителями, платформами и регуляторами.
– Могут ли большие данные стать основой для более точного регулирования рынка труда?
Безусловно. У цифровых платформ уже накоплены большие массивы информации о том, как реально устроена занятость: сколько людей оказывают услуги, насколько регулярно они работают, как меняется их активность и сколько времени занимает выполнение заказов. Без этой информации государство вынуждено устанавливать условные критерии. Но реальные отношения сложнее формулы вроде «60 часов это один тип отношений, а 61 час уже другой». Большие данные не должны заменять закон. Они должны позволить сделать законодательство и его критерии более точными и соответствующими реальной экономике.
– Как должен выглядеть «бесшовный» переход человека между платформами, профессиями и видами занятости?
Сегодня платформы во многом существуют как отдельные системы. Если человек переходит с одной на другую, ему зачастую приходится начинать сначала. В будущем этот переход должен быть гораздо проще. Особенно важно, чтобы человек мог быстро подтвердить образование, квалификацию, пройденное обучение и профессиональные компетенции. Платформы следует связать и с системой обучения. Человек должен иметь возможность увидеть, где возникает спрос, быстро получить необходимую квалификацию и перейти в новую сферу. Такая система должна быть удобна и для людей серебряного возраста. Для них необходимо сохранить возможность войти в цифровую платформу при поддержке офлайн-сервисов – например, центров занятости.
– Какой вы видите платформенную экономику через десять лет?
Главной ее характеристикой должна стать «бесшовность». Для человека рынок труда должен стать удобнее: он сможет выбирать разные формы занятости, совмещать их, менять сферу деятельности, подтверждать квалификацию, проходить обучение и понимать свои социальные гарантии. Для бизнеса платформы должны стать инструментом, который позволяет быстрее находить необходимые компетенции и реагировать на кадровый спрос. Для государства главное, прозрачность и понятность системы: не тотальный контроль, а объективные данные, на основании которых можно принимать решения, обеспечивать социальную защиту и не мешать развитию новых форм занятости.
И еще один важный момент, предпринимательство. Платформа может быть для человека не только местом подработки, но и первой ступенью к собственному делу. Самозанятый сегодня может завтра стать индивидуальным предпринимателем, а затем создать компанию и рабочие места.
Если через десять лет технологии, образование, занятость, предпринимательство и социальные гарантии будут работать как единое целое, это станет серьезным конкурентным преимуществом российской экономики.
